Леонид ПарфёновОтмена карточек. Снижение цен. Денежная реформа
14 декабря в СССР разом объявлено о денежной реформе, отмене карточек и первом снижении цен. Обещано, что товары будут дешеветь и впредь. Города заживут гораздо сытнее, сельской молодежи в них переедет еще больше. Однако нехватку ширпотреба не удастся преодолеть даже в столицах
В войну нехватку денег покрывали печатным станком, и в стране ходит 75 млрд руб., когда Госбанку для хозяйственного оборота достаточно 25–30 млрд. Пайковые цены для покупок по карточкам низкие, но это самый минимум, зато на рынках втридорога есть все. Огромные объемы товаров и средств движутся параллельно госторговле, финорганы посчитали: покупки горожан только на 20 % обеспечены зарплатами, остальные деньги выручены ими от продажи с рук домашних вещей и продуктовых пайков. Власть намерена искоренить спекуляцию, хотя сама сотрудничает с теневыми дельцами – в крупных городах открыты магазины «Особторга», где по коммерческим ценам можно купить что угодно, не объясняя своих источников доходов.
Назревшие меры отложены. 29 августа 1946 года власти сообщили, что из-за засухи и сокращения госзапасов продовольствия отмена карточек перенесена на следующий год, а меньше чем через три недели пайковые цены повысили. Хлеб по карточкам подорожал в 3–3,5 раза, мясо, масло, маргарин, сахар – в 2,5 раза, молоко – в полтора. Введена «хлебная надбавка» к зарплатам, но она всех потерь не покрывает. Грядущий переход к полностью свободной торговле людей страшит: и сейчас-то карточки бывает трудно отоварить, а тут лишишься и нетвердо гарантированного пропитания. К тому же растут обязательные и «добровольные» выплаты в бюджет. Подписка на госзайм изымает каждый год не меньше месячного дохода – ею охвачены почти все городские работники и большинство сельских.
После страшной голодной зимы (см. 1947) новый урожай собран хороший (хотя умирать от недоедания будут и в 1948-м), и власть считает момент для реформы благоприятным. Специалисты предлагали обменный курс старых рублей на новые от 2:1 до 4,2:1, но Сталин дает указание – 10:1. Розничные цены готовятся объявить выше пайковых и ниже коммерческих. Баланс определяют с учетом социальной значимости каждого товара – первой необходимости, «непервой» или вовсе предмет роскоши. Сразу после реформы ждут ажиотажного спроса, и торговле из госрезерва выделено товаров на 1,7 млрд руб. Для черного рынка приготовления не секрет: дельцы скупают золото, драгоценности и меха. Резко вырастают вклады в сберкассах – это способ легализовать накопления.
На обмен денег отведена неделя с 16 по 22 декабря – чтоб спешка отсекла неправедные капиталы. Вклады в сберкассах пересчитывают так: до 3 тыс. руб. – в соотношении 1:1, от 3 до 10 тыс. – 3:2, свыше 10 тыс. – 2:1. Облигации госзайма конвертируют по курсу 3:1. Правительственное постановление, обещая, что большую долю расходов понесет государство, указывает: «Но надо, чтобы часть жертв приняло бы на себя население, тем более что это будет последняя жертва». Похоже, фраза написана Сталиным лично. Мол, да, если совокупно – цены выросли, но худшие времена позади. Сразу, вместе с реформой, на 12 % против пайковой цены дешевеет хлеб и мука – чтоб без голодных смертей, на 10 % крупы – каши для детей и стариков – и на 10 % пиво – задобрить мужское население.
При Сталине цены на продовольствие снижают ежегодно – пять раз, на промтовары трижды. В 1952 году доступность продуктов в городской госторговле станет примерно довоенной. Особенно увеличится потребление хлеба, картофеля и сахара. Мясо и масло, хотя и сильно подешевев, по-прежнему дороговаты для большинства и дефицитны в регионах – там ими чаще торгуют не в обычных магазинах, а через разные ОРСы – «отделы рабочего снабжения» предприятий. Рацион остается низкокалорийным: когда Академия медицинских наук рассчитает научные нормы потребления, окажется, что молочных продуктов даже деревня не «добирает» в разы. Промтовары и после уценок примерно вдвое дороже, чем в 1940 году, их явно мало. Так, и до войны и после в среднем на человека в СССР продается одна пара обуви в год.
Реформа усилит расслоение. В Москве для имущих – почти изобилие, хотя признается недостаток радиоприемников и проигрывателей. Налаживается жизнь в индустриальных центрах. В глубинке – и ниже доходы, и меньше выбор на прилавках. Из массовых профессий лучше зарабатывают инженеры, техники и квалифицированные рабочие. У селян натуроплата уровня довоенной не достигла, и еще в 1951 году в каждом пятом колхозе денег за работу не будут начислять вовсе. Подсобные хозяйства государство зажимает, даже на общественную скотину налоги высокие. Беспаспортным колхозникам деться некуда, а молодежь от деревенских лишений рвется в города, благо на стройках послевоенного восстановления (см. 1946) вакансий полно.
После Сталина цены на продукты снизят еще дважды, но потом все же начнут стимулировать производство, вкладываясь в аграрный сектор, уменьшая сельхозналог и повышая закупочные тарифы.
Купить книгу из цикла «Намедни»
