Издательство BAbookСлава Пилотов. Рассказы
Мы продолжаем публиковать рассказы Славы Пилотова в рубрике Книга с продолжением. Напомним, что эту рубрику мы специально сделали для российских читателей, которые лишены возможности покупать хорошие книжки хороших авторов. Приходите каждый день, читайте небольшими порциями совершенно бесплатно. А у кого есть возможность купить книгу полностью — вам повезло больше, потому что вы можете купить книгу Славы Пилотова в нашем Магазине.
Читайте, покупайте, ждем ваши комментарии!
Редакция Книжного клуба Бабук
ПОСТАРАТЬСЯ ПЕРЕШАГНУТЬ
Что бы ни случилось, а хвост держи пистолетом. Виктор сам так жил, и сыну вдолбил. Как пришло время, Сашка отправился в военкомат. Лиза упала в ноги: «На войну не отпущу!», а тот даже в лице не изменился, перешагнул и пошел…
Виктор перешагнул лужу и зашел в подъезд. Лифт не работал, но он в свои пятьдесят семь на пятый этаж поднимался без одышки. Тьфу ты! Пролеты были изгажены свежими надписями, в углу лужа. Поймать бы шпану, да мордой… А потом в трудовой лагерь на сто двадцать смен. Совести у людей не стало. Вот и сегодня в конце смены его наметанный взгляд приметил бабку, которая тихонечко кралась мимо кассы с набитой сумкой. Виктор вежливо взял бабку под локоток, а та на весь магазин закатила истерику: «Не трожь!» Пришлось уложить воровку лицом в пол…
Дома тихо поднывал младенец. Виктор заглянул в гостиную: кулек на диване время от времени всхрапывал, жалуясь на несправедливость. Вот упрямец — обессилел от крика, а голубые глаза оставались сухими…
Он пошел в другую комнату.
Лиза стояла лицом к окну.
На столе Сашкина фотография, гитара на стене покрыта пылью… И даже воздух в комнате сына был, как в запертом наглухо шкафу.
— Проветрила бы, — бросил в сгорбленную спину Виктор, но жена не очнулась.
Он подогрел молоко и вернулся к младенцу.
— Богатырем вырастешь! — похвалил он, когда тот набросился на соску.
Громадные голубые глаза вытаращились, не моргая.
— Сделаем тебе генетический тест, — пообещал Виктор. — Хотя я безо всяких тестов вижу: воином уродился. Крепкие парни нынче на вес золота. Девки за тобой табунами будут ходить.
Тень неслышно мелькнула в коридоре.
Он отложил заснувшего младенца и пошел за женой на кухню.
Лиза пилила черствый хлеб. На тарелке лежали колечки собачьей колбасы.
— Как дела на работе? — бесцветно спросила она, не поднимая головы.
— Премию получил, так что — гуляем!
Он достал из-за пазухи упаковку ветчины и плюхнулся на табурет. Нож застыл над хлебом.
— Щедро, — поперхнулась она. — За что?
— Воровку задержал.
Он рассказал про бесстыжую бабку.
— Ее теперь в трудовой лагерь отправят, — сморщилась Лиза, будто от зубной боли. — Что ж это… Видно, совсем дома жрать нечего.
Он положил локти на стол.
— Нас с тобой пожалей. К новому году в супермаркет поставят электронную систему охраны, а меня погонят на улицу. Что тогда будем делать? Придется в трудовой лагерь охранником идти. Пять дней в деревянном бараке, два дома. Холод, темень, грязь. Жрать в тундре нечего, слыхала? Они там мрут, как мухи. Спину надорвешь каждый день трупы таскать.
Он впихнул в себя бутерброд с ветчиной, а Лиза моргала на мужа, то и дело зажмуриваясь. Будто пыталась сморгнуть наваждение.
— В воскресенье день победы, — нечленораздельно сказал он, сглатывая большой со сладковатыми прожилками кусок. — С Сашкиной фотографией пойдем на площадь.
— Ой, чай забыла поставить! — всполошилась Лиза.
— Спички на подоконнике, — подсказал он. Надоело, что она шарит возле плиты, будто слепая. — Ивановы придут, и другие тоже.
Спичка хрустнула.
— Ты не одна такая, — упрекнул он в сгорбленную спину. — Всем погибших сыновей жаль. Стой, ты куда?!
Он усадил жену напротив.
— Не справляешься?.. Что ты глаза прячешь? Если не справляешься, я вызову психиатрическую поддержку.
— Они меня в дурдом упекут, — зашептала она ему в лицо. — Мне все время кажется, что я слышу гитару из Сашкиной комнаты. Помнишь, как он сидел у себя на диване и перебирал струны? Захожу, а там — никого…
Он цыкнул языком. Сколько можно?! Семь лет прошло…
— Положи руки на стол! Э, да у тебя пальцы трясутся, как у алкоголика. Спиваешься потихоньку?
Она моргала, словно он разговаривал на китайском. Он сжал ее тонкие, как веточки, кисти.
— Не будешь о младенце заботиться, его отдадут в другую семью. Понимаешь, что это значит? У нас отберут квартиру.
— Я ничего не чувствую, понимаешь? — уронила она голову. — Я его не рожала. Он не мой сын.
— Чувствуй, что хочешь, но мы растим будущего защитника Родины. Ивановы вон троих новорожденных мальчиков взяли из дома малютки и не жужжат.
— Хочешь, чтобы его тоже на войне убили?
Его табуретка шкрябнула об пол.
— Я продам гитару, — сказал Виктор от плиты, заваривая чай.
— Что?!
— Не притворяйся дурой, — поморщился он.
Инспекторшей была молодая девка, надушенная лавандой.
— Почему вы против генетического теста? — задрала она на Лизу выщипанные полоской брови.
— Видите ли, — встрял в разговор Виктор, касаясь под столом Лизиной ноги, — мы не то, чтобы против… Не хочется спешить.
Инспектор сделала пометку в бумагах. Его пот пробил — что за галочки она ставит?!
— Тест поможет заранее определить будущие способности младенца и направить его развитие в нужное русло, — казенным голосом сообщила она.
Он залип на накаченных ботоксом губах.
— Вы чувствуете эмпатию к младенцу? — перевела инспектор взгляд на Лизу.
Та прикусила губу.
Виктор вышел провожать инспектора в коридор, прикрыв за собой кухонную дверь.
— Что вы напишете в отчете? — спросил он, стоя в лавандовом облаке и помогая инспектору попасть в рукава плаща.
— Сами не видите? — удивилась та. — У вашей жены депрессия.
— Я попробую ее расшевелить…
— Вам семи лет не хватило, чтоб ее расшевелить. Боюсь, что ей нужна хорошая встряска.
— Она не выдержит в трудовом лагере, — покачал он головой. — Мужики в тундре мрут, как мухи, а уж бабы…
— О себе подумайте, — она вскинула ресницы. — Как вы один с младенцем справитесь?
Он почесал в затылке. Никак. Он целый день на работе. Значит, младенца отберут, а его… Его выкинут на улицу.
— Максимум, что я могу сделать — дать вам время на поиск новой матери для младенца. Вам месяца хватит?
Черт возьми, ему показалось или она снова стрельнула глазками?
— Подумайте, а то она и вас за собой в могилу утащит. Я завтра заскочу.
По бетонным ступенькам застучали каблучки.
Он застыл на пороге квартиры. Поверить невозможно, молоденькая инспекторша с ним заигрывает… Сколько у них с Лизой не было секса? Так сразу и не вспомнишь.
В подъезде повис освежающий аромат лаванды. А инспекторша, кстати, ничего — хорошая мать для младенца может выйти. Может, и правда, пришло время… Как это сказать?.. Перешагнуть? Сбросить балласт, пока Лиза его за собой в могилу не утащила?
Эхо каблучков заглохло. Виктор захлопнул дверь и глянул в зеркало стенного шкафа. Лысина, мешки под глазами… Что она во мне нашла? Ах, да, квартира… Квартира дорогого стоит. Он пригладил седину за ушами и подмигнул себе в зеркало. Что бы ни случилось, а хвост надо держать пистолетом.
